“Но я боюсь! Я боюсь, что влюблюсь, а… не получится. А я точно влюблюсь — и вот как рубеж, после которого обратно уже нельзя. А у меня больше нет сил на облом. У меня только на счастливую любовь силы есть. А в тебя я точно втрескаюсь. Уже… втрескалась.”

А ты боишься любить?

Боишься, что тебя не поймут, предадут? Боишься, что останешься один или не найдешь свою любовь?

И Аня боится. Она мечется по городу, ища ответы на свои вопросы в устах совершенно чужих ей людей. Слушает советы, записывает. Плачет. И опять слушает.

Она боится любить?

Наверное. Но ведь это не только Аня. Любить боишься и ты, не так ли? Ты можешь отрицать это сколько угодно, говорить, что ты выше этого, что тебе достаточно заниматься спортом или ходить на работу для того, чтобы почувствовать себя счастливым. Но это не так.

Ты боишься любить?

Или ты боишься быть не любимым? Боишься себя? Не даешь волю своей свободе, своим чувствам, тем самым загоняя себя в ловушку. Зачем? Когда можно просто всё отпустить и позволить себе. Позволить себе полюбить.

Ты боишься полюбить или ты боишься анализа у себя в голове?

Аня тоже анализировала. Ей тоже было страшно. Но она справилась со своей влюбленностью.

Режиссер Сергей Аронин показал на сцене настоящую жизнь. Он просто показал то, что происходит сейчас в душе у каждого человека. У тебя, у меня, у всех читателей, зрителей, слушателей. Эта работа восхищает и пугает одновременно. Ведь как может не пугать то, что все твои чувства уже известны кому-то другому?

Давайте вдумаемся немного?

«Ты звонишь мне с Монмартра.

Для меня – всё равно что с Венеры.

Хотя слышно, как будто

На кухне соседской сидишь.

Дождь почти перестал.

Облетают московские скверы.

Я России не знаю,

А что говорить про Париж?..

Знаю только Москву.

В тёмно-красной потёртой ветровке

Исходила её, в бурых лужах печали топя.

Я любила тебя

На Арбате и на Маяковке.

И пока они есть,

Они помнят меня и тебя.

Я любила тебя

И на Чистых, и на Патриарших…

Слишком дорого это –

Молчать-то, с Монмартра звоня,

— Говори, не молчи.

Мне теперь уже больше не страшно,

Потому что в Москве

Уже некому бросить меня.»

В Москве влюбленному не страшно. Страшно оказаться одной. Актеры доводят зрителя до срыва, заставляя переживать судьбу их персонажей, как свою собственную.

«Кого винить тут — Фрейда, Канта ли? —

За хрупкость вечного сюжета:

Он говорил, что я талантлива

И злился на меня за это.

И утекало в эту трещину

Всё, что людьми в веках воспето.

И он прощал меня как женщину,

Но не простил во мне поэта.

Хоть я не знала большей радости,

Чем на него смотреть, немея.

Он мне прощал любые слабости,

Но не простил, что я сильнее.

И он твердил мне о порочности

Моей, меня убитой сделав.

Он думал — есть пределы прочности.

А оказалось — нет пределов!»

Стихи Елены Исаевой, чья пьеса была поставлена в театре Модерн поражают до глубины души. Как одна хрупкая девушка может объяснить чувства всех, кто сидит в зале?

Определенно, эта пьеса будет жить не только в нашем веке, но и распространится дальше.

«Как оставить без ответа

Фразу, брошенную залпом:

«Ты пошла бы на край света,

Если б я тебя позвал бы?!»

Как же объяснить, мой милый,

Чтобы не смотрел нахмурясь?

Я туда уже ходила —

Постояла и вернулась.»

Любой готов идти за своим любимым на край света. Проверяй, не проверяй. Если любишь, то ты сделаешь это. Ты поможешь ему во всем. Ведь нуждает ОН. Тот самый. Твой.

admin
a_star_off@mail.ru