0
0
Классика Уильяма Шекспира за свое многовековое существование претерпела множество интерпретаций, включая модерн, легкий футуризм и даже артхаус. Но что ценители театрального искусства скажут, если тот же известный монолог «Быть или не быть» прозвучит словно мантра прямиком из…. Тибета?
На этой священной земле с ее древними монастырями и храмами, куда ежегодно стремятся тысячи паломников, желающих укрепить свой дух, тоже развивается национальный театр, ничуть не уступающий самым известным европейским сценам. Убедиться в этом смогли гости XXXV Международного театрального фестиваля «Балтийский дом», который проходит в Северной столице.
Участие в нем театра из Тибета — поистине уникальное событие не только для Санкт-Петербурга, но и всего мирового сообщества, ведь это — его первый выезд за границы Китайской Народной республики!
Материал был взят тоже не самый простой — одна из величайших пьес Шекспира. Режиссер постановки — Пу Цуньсинь — ведущий актер Народного театра Пекина, председатель Ассоциации китайских драматургов, смог уникально сплести классику мировой литературы и этнос, включая язык, костюмы, поэзию, музыку и элементы театра теней.
Актеры, участвовавшие в спектакле — его ученики из тибетского класса театрального факультета Шанхайской театральной академии. После обучения молодые люди становятся послами искусства и культуры региона — такой вклад в сохранение наследия своего народа сложно переоценить.
Само действо идет на тибетском языке, но зрителям при входе в зал выдавали специальные устройства, через которые можно было удобно слушать перевод и не думать о языковом барьере. Кстати, никаких традиционных «театральных минут ожидания» здесь не было — все началось ровно в указанный час, а антракт был короче привычного. Вот что значит — перфекционизм и дисциплина в каждой детали!
Как заведено в восточной культуре, главное в представлении — эмоции, а внешние атрибуты сведены к минимуму и служат скорее аккуратным дополнением к раскрытию персонажей.
Пространство сцены было занавешено полотнами темных тканей, за которыми с первых минут таится некая тайна и опасность. Что касается декораций, то центральной фигурой здесь выступает механическое кресло (оно же трон), напоминающее те, что использовали цирюльники в своей работе. Неустойчивость и частое передвижение конструкции символизирует шаткость власти, которая, как мы помним по сюжету, была захвачена дядей Гамлета Клавдием не самым «чистым» способом, а ее устрашающий внешний вид — неминуемое наказание за содеянное.
Еще один атрибут, который практически не сходил со сцены — тот самый череп Йорика, который служит безмолвным напоминанием о быстротечности жизни и набирающей обороты трагедии.
Костюмы были не менее лаконичны — так, статус короля и королевы подчеркивали лишь идеальная осанка и бархатные бордовые мантии, чистоту Офелии — белоснежное платье и украшение в волосах, а сам Гамлет (его исполнил молодой актер Дондруп Церинг) носил красную повязку, словно истинный восточный воин, отстаивающий справедливость. Дополняло образы световое решение — его выстроили так, что даже мимолетное появление силуэта героя сразу раскрывало его настроение и намерения, упрощая восприятие спектакля, а в некоторых моментах именно игра света и тени становилась отдельным героем. К примеру, появление Призрака умершего короля — отца Гамлета, было не просто голосом где-то из глубины кулис, а целым роем силуэтов, с нарастающим гулом обрушивающихся на молодого принца. Это действительно казалось чем-то потусторонним.
Ну и конечно, все эти сцены сопровождала завораживающая музыка. Среди уже знакомых монологов можно было услышать колоритные тибетские напевы. Например, в последние минуты жизни Офелии и Гамлета перед ними появляется хор девушек в одеяниях, напоминающих крылья белых птиц. Создавалось ощущение, что еще немного, и они действительно взлетят в такое просторное, манящее небо! Это вызывало очень трогательные эмоции и сделало самые тяжелые моменты истории более светлыми и мягкими.
Интересно, что с финальными сценами и поклонами сюрпризы не закончились! К зрителям вышел сам режиссер Пу Цуньсинь, на очень аккуратном русском поблагодарив за просмотр и попросив сделать общее фото на память. А затем первые ряды и нас в том числе ждал настоящий шок — впервые мы стали свидетелями момента, когда цветы получают не артисты, а зрители!
Да, именно так, с широкой улыбкой и безмерной благодарностью участники спектакля сами спустились со сцены, чтобы раздать тем, до кого могли дотянуться, по розе! Стоит ли после этого опыта говорить, что культурный и энергетически обмен удался на все 200 %?
И это было еще не все! Провожая гостей, сотрудницы «Балтийского дома» просили всех зрителей оставить своеобразную обратную связь: вы получаете в руки обычный чистый листок и опускаете его в белый ящик, если спектакль пришелся по душе, либо в черный, если что-то пошло не так (интересно, были ли такие вообще?).
Вот так и закончилось небольшое путешествие в Тибет вместе со стариной Шекспиром и его мятежным датским принцем. Труппа театра, согласно ее завидной дисциплине, задерживаться в Санкт-Петербурге долго не стала и практически сразу после представления отправилась домой. Впереди их ждут другие зрители и другие истории, а мы сохраним это волшебство и глубокое уважение к их миссии, таланту и самоотдаче, надеясь на новые, не менее яркие встречи!
Автор: Екатерина Свергун.
Фото: пресс-служба театра «Балтийский дом».
