«Последнее испытание» — российский фэнтези-мюзикл, который был основан на серии книг «Сага о Копье». В центре истории – молодой темный маг Рейстлин Маджере, который решает бросить вызов самой богине тьмы Такхизис, чтобы обрести бесконечную власть. Достичь этой цели ему вынужденно помогает Жрица светлого бога Палладайна — Крисания, к которой главный герой начинает испытывать привязанность, и брат-близнец Карамон. Вместе они отправляются в опасное приключение, чтобы найти Врата Бездны – место главного сражения с Такхизис и того самого, последнего испытания Рейстлина на пути к всесилию. Как и было положено, маг отказывается от всех мирских чувств, отвергая любовь к Крисании, преданность брата, собственные слабости, находится в миллиметре от гибели и все же одерживает победу над своим врагом… Но увы, именно этот ритуал – (наверное, будет правильно его так назвать) сыграл с ним роковую шутку… Став Богом и обретя власть над всем живым миром, он обрекает его на гибель, ибо «тот, кто сердца лишен, жизнь дарить не способен…».

Именно этот сюжет, полный страсти, трагедии, вечных ценностей, проблемы выбора и его последствий, лег в основу совместного детища композитора Антона Круглова и автора либретто Елены Ханпиры, которое уже много лет оживает перед нами на сцене, проходя невероятные метаморфозы вместе со временем, его создателями и героями. Так почему бы не пройти этот путь вместе и не познакомиться с его героями лично? Залезайте в машину времени… Мы начинаем…

1998.

Солнечные лучи обволакивают собравшихся «ролевиков». На небольшой поляне стоит темноволосая молодая девушка с тонкой восточной красотой. Это Елена Ханпира. За два года до этого она впервые примерила на себя образ светлой жрицы Крисании – одного из персонажей Вселенной «Dragonlance». Она стоит на поляне и конечно, немного волнуется.

Елена Ханпира и Антон Круглов в образах своих героев
Елена Ханпира и Антон Круглов в образах своих героев

Елена Ханпира:

Впечатления от первой «примерки» роли Крисании были очень яркие. Это была первая ролевая игра с именной ролью, и роль пришлась полностью по мне. Это и ощущалось как главное: свобода и естественность. Максимальная возможность самовыражения.

Где же мы находимся сейчас, спросите вы? На «ЗилантКоне»– крупнейшем в России международном фестивале любителей фантастики, толкинистики и прочих фентезийных миров … Но Елена уже не одна, а в компании не менее «горящего» историей Антона Круглова – композитора, преподавателя, (а на сегодняшний день еще иучастника дуэта «Аэйре и Саруман»).

Их творческий союз, состоящий из невероятного трудоголизма и тонкого видения каждого слова, каждой мелодии, дает миру первые три арии будущего мюзикла: «Ария Чародея» «Соблазнение» и «Судьба». А теперь представим… Роскошный голос юной Жрицы. Гипнотический взгляд и бархатный, но настойчивый тембр главного героя – темного мага Рейстлина Маджере. Сотня зрителей, любимые герои которых прямо сейчас сошли с книг практически такими, каких их и представляли… Мощнейший энергетический обмен, в котором смешался самый разный калейдоскоп эмоций: от волнения до, как было сказано выше, полной свободы… Чувствуете? Этот всплеск энергии даже сейчас доходит до нас через время и расстояние.

Е.Х.:

День, когда мы представили на «ЗилантКоне» самые первые песни, запомнился мне волнением (надо было попасть в ритм, на видео видно, как Антон показывает мне, где вступать) и шутливыми упреками в том, что мы спели под минус, а не под гитару, как принято у менестрелей.

Итак… Процесс был запущен, творческий порыв уже не остановить, да и стимул от публики требовал явного продолжения и завершенности истории… И оно последовало. В течение нескольких месяцев Елена создает еще с десяток текстов, Антон продолжает писать на них музыку, а к 2000 году выходят шесть готовых сцен. Идея, которая зарождалась лишь как небольшой цикл песен на Рейстлина и Криcанию, которым можно было побаловаться лишь в узких кругах, начинает мгновенно взрослеть и набираться сил, да и сами «родители» начинают видеть ее потенциал. Осталось взяться за формирование характера ребенка…

2010 год

Да, мы переносимся к новому витку истории нашего мюзикла, и становимся свидетелями момента, когда мир увидела итоговая, 4 часть аудиоверсии «Последнего испытания». Сверхидея, к которой Елена и Антон шли все это время, обрела не просто форму, а мощнейший посыл и невероятно тонкую натуру. Но обо всем по порядку.

Последнее Испытание — аудиоверсия
Последнее Испытание — аудиоверсия

Е.Х:

Путь к выпуску финальной части аудиоверсии — прежде всего, постоянный выбор. Много вариаций одной и той же сцены или арии. И то и дело споры! Мы еще не умели работать над материалом последовательно, уставали, перегорали, не совпадали по периодам активности и по принципам работы, ругались из-за этого и из-за эпизодов несогласия. Был период, когда я вовсе отказалась продолжать работу, потому что устала от такой атмосферы.

Пережив, таким образом, несколько переломных моментов и, наконец, осознав, что материал любимой Вселенной им все же начинает поддаваться, а дело необходимо довести до конца, тандем композитора и автора начинает его тщательную проработку. После множества споров и вариаций они все же решают сделать акцент именно на линии Рейстлин / Крисания, значительно сократив сюжетные линии и сохранив практически всех основных персонажей.

И если с голосами главных героев все было понятно, то для персонажей Карамона, Такхизис и остальных вокал необходимо еще поискать. На зов энтузиастов откликнулись: Наталья О’Шей (более известная как Хелависа), Роман Сусалев, уже имеющий опыт в «волшебных» постановках, и Федор Воскресенский – лидер группы «Тинтал». В эпизодических ролях выступили также Никита Коледин, Влад Стекунов и даже маленькая дочь Антона Круглова Варвара.

Таким составом в 2008 году и выпускаются первые две части аудиоверсии, получившие названия «Тьма и Свет» и «Все во имя веры». Продолжительность каждой – примерно по 27 минут.

А сейчас пристегнитесь. Мы совершим еще один прыжок в прошлое, но на этот раз нашим проводником станет Федор Воскресенский:

— Помните свои первые впечатления от материала и того периода аудиоверсии? Какими они были?

— Еще в юности я был очарован рок-оперой «Иисус Христос — суперзвезда», и когда познакомился с «Последним Испытанием», то увидел явные параллели с этим произведением, а именно — слияние драмы и рок-музыки. Умножьте это на талант композитора Антона Круглова, образную поэзию Елены Ханпиры и новое для меня творческое пространство. Все это бесконечно увлекало. Наверное, можно добавить о желании искать себя.

А еще это чудесная возможность создавать вместе с автором музыки — в студии звукозаписи мы искали прочтение материала. Конечно, как исполнитель, я выполнял задачи, которые ставил передо мной композитор, но при этом мы сообща творили образ и характер персонажа.

В то время я был уверен, что аудиоверсией все и закончится — это было для меня логичным итогом амбиций ее создателей. Не потому, что сомневался в развитии проекта, просто именно здесь, в этом моменте, видел его завершённость. И сейчас я рад, что ошибся.

Федор Воскресенский в роли Короля-Жреца. Фото:Галина Глухоманюк для Izkulis.ru
Федор Воскресенский в роли Короля-Жреца. Фото:Галина Глухоманюк для Izkulis.ru

— Что самое «цепляющее» в мюзикле именно для Вас?

— Волшебство — в людях, в человеческих эмоциях, в чувствах. Старые, как мир понятия любви, выбора, веры, верности были и остаются для меня главным в фэнтези. Я никогда не любил жанр фэнтези, но именно этим мне близки произведения братьев Стругацких и Рэя Бредбери. Соль ведь не звездолетах и не в огненных шарах, а в том, что истинная драма – в нас самих.

— Опишите своего персонажа Короля-Жреца одним словом…

Есть простой способ объясниться — сказать, что это вера. Но это может быть понято слишком прямо, а персонаж намного глубже, объемнее, живее. Нечто между верой, волей, знанием, за которыми стоит выбор. И все эти понятия, наверное, пересекутся в слове «правда». Та самая правда, которая выше веры. Та, что возведена в правило, закон. Пусть будет «правда».

Федор Воскресенский в роли Короля-Жреца. Фото:Галина Глухоманюк для Izkulis.ru
Федор Воскресенский в роли Короля-Жреца. Фото:Галина Глухоманюк для Izkulis.ru

Что ж… Амбиции и своя «правда» действительно смогли оправдать и даже перепрыгнуть ожидания всей команды и зрителей. В мае 2009 на официальный сайт проекта выкладывается третья часть – «Легенда о Вратах», а в декабре – финальная «Властелин ничего». Работа завершена, музыка в свободном доступе… Казалось бы, что еще нужно слушателям? Но как мы поняли, этот творческий союз умеет удивлять. Спустя годвыходит еще один сборник арий – так называемый «альтернативный финал», по-прежнему не отличающийся особым хеппи-эндом, но уже и не настолько мрачным, как оригинал истории…

Кажется, ну вот тут-то уже и все… Но нет… Для полноты картины и драматизма аудио должно было обрасти еще и визуальным сопровождением. Ребенок, за почти 10 лет уже уверенно вставший на ноги, продолжает расти и познавать себя…

2014 год.

Сейчас мы окунемся в один из самых значимых дней для уже полноценного мюзикла «Последнее Испытание» — 24 мая 2014 года… Культурный Центр «Москвич»… Первые зрители… Первые выходы артистов и балета в полноценных образах… 2 акта… Эмоции, наверное, действительно сравнимые лишь с прыжком в бездну. И единая для всех мысль после результата – «мы это сделали». Постановка руководителя театральной студии Lege Artis Полины Меньших дала старт абсолютно новому витку жизни и самого мюзикла, и их создателей. Тише, прозвучал третий звонок и спектакль начался…

Елена и Антон по-прежнему имеют прямое отношение к проекту, однако, арии главных героев исполняют уже другие артисты: Евгений Егоров, солист рок-группы «Эпидемия», актер театра Стаса Намина, и Елена Минина — композитор, певица, солистка театра «Градский Холл». Оба к тому времени имели уже серьезный послужной список заслуг и приличную армию поклонников, поэтому и аудитория «Последнего Испытания» начала значительно расширяться. Однако, на этом сюрпризы не заканчиваются… Впервые на сцену вышел Алексей Толстокоров, чей глубокий бас и колоритная внешность ложатся на образ Короля Жреца не меньше, чем образ, созданный Федором Воскресенским.

Еще одной жемчужной только зарождавшегося спектакля стала Вера Зудина – как и Евгений Егоров, пришедшая в проект из театра Стаса Намина. Вокал, пластика и действительно гипнотическое обаяние сделали ее Такхизис живым олицетворением выражения «притягательное зло», от которого действительно невозможно оторвать глаз.

Роль преданного брата–близнеца Карамона исполнил уже известный нам по аудиоверсии Роман Сусалев, а его супругу Тику – Ирина Круглова (прекрасная половина творческого и семейного союза «Аэйре и Саруман»).

В таком виде, претерпевая незначительные изменения, «Последнее Испытание» версии Lege Artis и продолжает свое шествие около года, вплоть до октября 2015 года… А мы… Начинаем проходить этот путь вместе с ними.

2015 год.

Предлагаем вам немного обмануть время и перескочить один год. Росла популярность, а с ней – и потребности зрителей, которые засыпали организаторов и артистов просьбами приехать в их город… Однако, для длительных гастролей постановка оказалась весьма «грузной», причем как технически, так и физически. На помощь приходит молодой и талантливый выпускник ГИТИСа – режиссер Руслан Герасименко. Его видение как самой истории, так и главного героя, переворачивает этот мир магии и страстей полностью, дав ему более современный и завершенный вид, понятный широкой аудитории, на которую он и нацелился. В спектакль входят акробатические номера, компьютерные проекции, песочная анимация и новый герой – Летописец, роль которого взял на себя Король жрец.

Захватывающая и яркая сказка приобретает мрачные, драматичные оттенки, а сам Рейстлин в исполнении того же Руслана Герасименко становится более чувственным и сомневающимся в своей цели, нежели абсолютно уверенный в ней и своих идеалах Евгений Егоров. Идеально дополнили общую картину Елена Ханпира, снова представшая перед зрителем в роли Крисании, Сергей Смолин в роли уже двуликого Даламара, и Евгений Аксенов, чей Карамон не мог оставить равнодушным ни одного зрителя, знакомого с историей даже шапочно. Также, помимо Веры Зудиной, в роли Такхизис стала выходить не менее роскошная Дарья Бурлюкало – коллега Веры по ряду других театральных проектов.

За два года гастрольная версия «Последнего Испытания» была показана для более 10 тыс. зрителей из разных городов России, среди которых: Санкт-Петербург, Нижний Новгород, Ростов-на-Дону, Екатеринбург, Новосибирск, Минск, Ярославль, Уфа.

К весне 2017 года проект выпустил фильм-спектакль, снятый не где-то, а в театре Романа Виктюка. Режиссером видео-версии выступили Руслан Герасименко и Сергей Смолин, который также внес свою лепту и в некоторые сцены мюзикла. Что говорит об этом сам Сергей в недавнем интервью нашему журналу:

Сергей Смолин в роли Даламара. Фото:Галина Глухоманюк для Izkulis.ru
Сергей Смолин в роли Даламара. Фото:Галина Глухоманюк для Izkulis.ru

«… Мы сняли отличный фильм-мюзикл, и который, я считаю, просто очень классный, особенно при данных условиях и с учетом того факта, что мы сделали это за один день. Нам повезло с Пашкой — оператором (Павел Кочев, оператор-постановщик фильма-спектакля «Последнее Испытание»). Он реально очень талантливый и профессиональный оператор, с кем-нибудь другим — я не знаю даже, получилось бы или нет.

… Сейчас я немного читаю, изучаю сценарное искусство, и вот там есть прием: нужно простыми предложениями объяснить смысл, даже не используя имена, только местоимения. Ты должен сказать: «Он пришел к тому-то, сделал то-то, и произошло вот это». И у человека, которому это рассказали, не должно быть вообще никаких вопросов, ему должно быть интересно. Если ты рассказываешь что-то другому, он все понимает и ему интересно — все. Больше ничего и не требуется.

… Я бы хотел, чтобы все зрители, пришедшие на мюзикл и не знающие финала, думали, что маг Рейстлин идет мстить за убитую мать, — как в индийском кино — и чтобы он сам всех в этом убеждал. Тогда концовка как раз-таки будет сильнее. Сейчас эта линия прослеживается, конечно, но можно еще более акцентировано сделать, чтобы понятно было, зачем именно он идет, за что конкретно мстит».

Что ж… Сергей, Руслан и команда — убедить своего зрителя и сделать более понятными мотивы героев вам удалось!

Фото:Галина Глухоманюк для Izkulis.ru
Фото:Галина Глухоманюк для Izkulis.ru

2018 год

Следуем по волнам времени далее… Казалось, что выпуск фильма-спектакля и востребованность уже не локального, а регионального уровня – это тот самый Эверест, триумф, выше которого прыгать смысла уже не было….

Но знаете, если в жизни человека наступает период «зрелости», когда ты уже выходишь из статуса молодежи, то в жизни каждого театрального проекта наступает Перезагрузка… Именно это и мы и наблюдаем сейчас – в апреле 2018. Спустя почти три года после гастрольной версии и около 20 лет с того судьбоносного дня на «ЗилантКоне» создатели решили, что готовы пойти еще дальше и серьезнее. Перед зрителем предстала та самая… Современная и такая противоречивая, но «Перезагрузка»… Ребенок стал полноценным взрослым.

Стало возможным это благодаря не только усилиями команды, но и известной краудфандинговой платформе Планета.ру. Часть средств, необходимые для создания костюмов, декораций и прочих атрибутов благодаря всем заинтересованным в истории Темного мага были собраны в срок и даже немного его опередили. Более того — общая сумма после краудфандинга составила 3 миллиона, что явилось настоящим рекордом по сборам для российского театрального проекта.

Премьера новой версии мюзикла состоялась в мае, в театре Русской песни Надежды Бабкиной, что находится между Проспектом Мира и Цветным бульваром. В Больше декораций, больше качественного видеоряда, в котором принимали участие и сами артисты, больше героев… В спектакль вернулась, хоть и виде призрака, Розамун – мать Рейстлина и Карамона, плюс пара сцен, усеченных в гастрольной версии. Здесь снова стоит дать слово Елене Ханпире:

Е.Х.

«Сейчас у меня две основные роли, и они, конечно, перекликаются. Если описывать их одним словом, то Крисания — это сострадание, а Розамун — любовь.

Говоря о самом «цепляющем» моменте мюзикла, то для меня, наверное, таковым является тема спасения человека, сострадания к нему. Когда кончается спасение другого человека и начнется соскальзывание в пропасть вместе с ним? На мой взгляд, момент, когда Рейстлин бросает Крисанию, — самый острый, пронзительный, страшный, это обман всех ожиданий хорошего конца из «Красавицы и чудовища», и ради этой правды этот мюзикл и существует, это и цепляет больше всего.»

Не поскупился режиссер в новой версии и на актерский состав… Теперь в проекте были задействованы настоящие звезды российских мюзиклов: Андрей Бирин («Красавица и Чудовище», «Зорро», «Анна Каренина»), Елена Бахтиярова («Призрак Оперы», «Девчонка на миллион», «Канкан»), Ростислав Колпаков («Бал вампиров», «Джеккил и Хайд», «Граф Монте-Кристо»). Позже к ним присоединились Ярослав Баярунас и Александр Казьмин, также известные в сценических кругах

Каждый становится отдельным счастливым билетом для «Последнего Испытания», о котором впервые стали говорить как о постановке действительно высокого уровня, и на удивление – не прогадали!

Решив разделить показы на весенние и осенние блоки, «Перезагрузка» окончательно прописалась на большой сцене и радовала зрителей Москвы и Санкт-Петербурга вплоть до наших дней.

В январе 2019 практически все, кто принимал участие в проекте за все эти годы, собрались на сцене «Andrenalin Stadium», чтобы отметить грандиозным концертом юбилей – 20-летие «Последнего Испытания». Зрелище, собравшее свыше 2,5 тысяч зрителей, сопровождалось овациями и флешмобами сразу от нескольких поколений поклонников истории мага Маджере и его спутников.

Кадры концерта «20 лет ПИ». Фото: Галина Глухоманюк специально для izkulis.ru
Кадры концерта «20 лет ПИ». Фото: Галина Глухоманюк специально для izkulis.ru

Такая отдача вдохновила команду на новые идеи и уже весной того же 2019 было объявлено об очередных экспериментах – отдельных показах с симфоническим оркестром, неожиданных изменениях в составах и небольших смен образов. Реакция на это была не всегда однозначна, но в основном встречена на «ура».

Здесь мы немного притормозим, а затем продолжим наше путешествие по миру «Последнего Испытания» вместе с Марией Черненко — продюсером компании Stairwaylab, которая сейчас и занимается мюзиклом.

— Мария, чьей идеей была «Перезагрузка»?

Перезагрузка была логичным продолжением Гастрольной версии. Когда Сергей и Руслан Герасименко вместе решили сделать свою версию «Последнего Испытания», они продумали план развития. Им хотелось вывести спектакль на большую сцену, но сразу в тот момент это было невозможно. Поэтому пришлось постепенно наращивать аудиторию, раскачиваться. И когда это стало возможным — делать Перезагрузку. Тогда же со мной связался Сергей и предложил работу.

— Как проходил кастинг и введение в проект новых артистов? Какими были главные критерии? Сколько времени занимала их адаптация среди «старой гвардии»?

Руслан кастинги не очень любит, так как считает, что нельзя узнать все возможности актера в таком формате. Слишком мало времени, слишком большой стресс. Он предпочитает смотреть на человека в действии, когда актер играет роль, которую уже знает и любит. По этому принципу и искались актеры для Перезагрузки.

Например, в Андрее (Бирине) Руслан сразу же увидел Рейстлина. Нового, подходящего именно Перезагрузке. И верил в него на 100%.

Андрей Бирин. Фото:Галина Глухоманюк для Izkulis.ru
Андрей Бирин. Фото:Галина Глухоманюк для Izkulis.ru

Елена (Бахтиярова) была первым из утвержденных новичков. И она сразу же задала поискам высокую планку.

Елена Бахтиярова. Фото:Галина Глухоманюк для Izkulis.ru
Елена Бахтиярова. Фото:Галина Глухоманюк для Izkulis.ru

С Ростиславом (Колпаковым) в принципе вышло очень забавно. Наверное, никто не будет протестовать против того, что Ростислав – Карамон во плоти. Однако, как выяснилось, что когда-то давно, еще во времена гастрольной версии, у Ростислава с Сергеем была переписка по поводу участия впроекте. Однако, тогда не сложилось по независящим ни от кого причинам, и эта переписка забылась-затерялась. А потом вспомнилась совершенно неожиданно, когда уже вовсю шли репетиции.

Ростислав Колпаков. Фото:Галина Глухоманюк для Izkulis.ru
Ростислав Колпаков. Фото:Галина Глухоманюк для Izkulis.ru

Так что процесс был достаточно простой – череда встреч, обсуждения материала и идей… В «старую гвардию» новые артисты в писались сразу, ведь все уже сложившиеся профессионалы. Да и с самого начала репетиций сложилась очень дружественная атмосфера. Каждый нашел себе компанию по духу. Ростислав вот, например, с Федором очень много шуток шутил и перфомансов устраивал (харизматики, они такие).

— С какими основными трудностями пришлось побороться во время подготовки нового спектакля?

Наша основная трудность всегда одна — мы постоянно стремимся прыгнуть выше головы, перескочить через пару-тройку ступенек. Из-за этого работать приходится много и тяжело, и не всегда с первого раза удается воплотить все задуманное.

Ну и времени, конечно, не хватало. К сожалению, мы не театр со своим зданием и репертуаром, мы не могли позволить себе переносы мюзикла, поэтому, например во время предпоказов не было сцен с мамой в нормальном виде (кстати это результат не столько нехватки времени, сколько независящих от нас причин, отодвинувших работу над этими сценами на самый крайний срок). Костюм Смерти был в «промежуточной» версии (идея со смертью вообще появилась достаточно поздно и финальный костюм для нее был еще в работе). Рейстлин выходил с посохом Пар-Салиана (потому что его посох, доставленный в последний момент, был забракован — это вечное проклятье посохов Рейстлина, гастрольная версия тоже презентовалась с посохом Пар-Салиана). Уже к премьере удалось доработать то, что не успели, плюс, ориентируясь на восприятие зрителем, добавить дополнительных деталей, раскрасивших проект.

Еще одна трудность совсем не уникальна — проблема адаптации материала. Хотелось сделать действие еще понятнее, да и без голоса Летописца (он же Король Жрец).

Много размышлений вызывала перестановка акцентов в действии, добавление новых деталей. Это была очень сложная работа, но безумно интересная. Помню бесконечные разговоры свои с Федором, Русланом и Андреем по поводу сцен в Истаре. Андрей, кстати, сразу же прочитал книги, и был очень по-мальчишески задорен и рад козырять ими. В итоге мы пришли к моему самому любимому изменению из «Перезагрузки» — к интеллектуальным играм Короля Жреца и Рейстлина в Истаре, к высокому положению Рейстлина при нем.

В итоге, как видно, все сложности были внешнего характера, не внутреннего. Нехватка времени, собственного здания, ограниченность в ресурсах по сравнению с масштабами постановки. Вообще, как вы и сами заметили, наш проект никогда не останавливает эволюцию — после каждого из спектаклей собирается ворох новых предложений и замечаний, которыми мы обмениваемся в команде. Да и артисты не отстают, постоянно придумывают новые фишки.

— Оправдал ли первоначальную задумку «Перезагрузки» итоговый результат? Разительно ли отличалось это «до» и «после»?

Смотря что считать задумкой. От каких-то идей пришлось отказаться, какие-то пришли в процессе работы. Планировалось вывести «Последнее Испытание» на новый уровень – сделать спектакль еще глубже, еще красивее, показать какие-то детали истории с новой стороны, создать условия для того, чтобы ввести в него оркестр. Это вышло. Творчество текуче, так всегда бывает.

— Как отнеслись к новым веяниям поклонники проекта, который уже тогда имел определенную форму и, как принято говорить, канон? Насколько нам известно, их критики избежать не удалось…

Очень масштабный вопрос! Поклонники — тоже разнородная аудитория, у них есть разные характеры, вкусы, предпочтения, симпатии. Кому-то пришлось привыкать, кому-то не понравилось, кто-то был в восторге сразу, кто-то был настроен скептично, но после премьеры изменил мнение.

Само слово «канон» в отношении к театральным постановкам, которое часто звучит от поклонников тех или иных проектов, меня лично сбивает с толку. Как член многих фандомов, я понимаю желание сохранить максимум деталей любимого мне оригинала в очередной адаптации. Но театр — это особое пространство. Особенно музыкальный театр и лучше всего об этом писал Пратчетт в «Маскараде». Театр — сакральное пространство, мифические пространство, театр не должен быть дословным. И разумеется, он сразу ставит временные рамки, так как спектакль на паузу не поставишь, завтра не досмотришь.

Поэтому понимая желание сохранить канон, я, тем не менее, сразу бросилась в мифотворчество адаптации материала «Последнего Испытания» к большой сцене. В конце концов, все изменения были внесены не чтобы что-то отнять, а чтобы раскрыть новые смыслы.

— Согласны! Кстати, если говорить о книжном оригинале «Сага о копье» и ее адаптации на сцене, то, на ваш взгляд, каким было самое большое упущение именно спектакля – в плане дополнительных героев, сюжетных линий, локаций, арий и т.д…

Все же жанр и форма накладывают на материал множество ограничений. Снимай мы, допустим, сериал по мотивам «Саги о копье», можно было бы ввести Китиару, Таниса и т.д. Но это не сериал. Дольше 3 часов мюзикл было бы точно очень тяжело смотреть, точно могу сказать. И просто, само по себе, зрелище не должно быть перегруженным. При переносе какой-то глобальной истории на сцену важно выбрать в каком разрезе вы хотите рассказать историю, что будет ее основной темой.

Я считаю, что Елена и Антон выбрали самое главное — как Рейстлин стал богом. И их выбор был показать историю о последствиях этого решения – вынеся позитивное разрешение ситуации в книге в отдельный альтернативный финал. Мы следовали за этим авторским выбором, наверное, потому что мы сами его бесконечно одобряем и видим в нем мрачную красоту. Добавить что-то сверх уже сказанного в либретто было бы, наверное, можно, но это были бы дополнительные милые «пасхалки», а не что-то, о чем стоило бы сокрушаться.

И опять же, как я говорила выше, творческая задача была не только в рассказе любимой нами всеми истории, но и в том, чтобы показать мир после трагедии, раскрыть многие философские темы — на это тоже тратилось много времени мюзикла, так что дополнять это чем-то еще было бы уже неуместным.

— Тем не менее, за два года Перезагрузка тоже претерпела некие изменения. К примеру – введение целых двух Даламаров… Откуда берутся идеи, связанные с новыми сюжетными линиями и героями и как быстро? Ожидать ли их в ближайших блоках?

Идея со вторым Даламаром родилась, например, из сообщения Александра Казьмина, где он написал, что хотел бы поучаствовать в проекте. А Руслану показалось это нужным для создания более интересной и динамичной картинки, и более точным подчеркиванием нечеловеческой и двойственной природы Даламара.

А как рождаются идеи… Просто когда ты в это погружен 24 на 7, идеи не могут не рождаться. Но всегда ты знаешь, что правильное решение есть, его надо только найти. И этот поиск прекрасен сам по себе. Что ждет нас в следующих блоках, пока сказать сложно — увидим на самом спектакле вместе с вами.

— Интересно проследить и трансформации самих образов героев. Как вообще прорабатывались костюмы, грим, и с чем связано то или иное их видение?

Не совсем правильно будет воспринимать три версии «Последнего Испытания» как прямые художественные продолжения друг друга — таковым является лишь «Перезагрузка»по отношению к Гастрольный версии.

Версия «Lege Artis» была создана Полиной Меньших и у нее был свой взгляд на произведение. Она создавала более традиционное фэнтези, что и обуславливало выбор костюмов и всего оформления. Поэтому и Даламар там был эльфом, поэтому и была отсылка к книге со следом руки учителя на теле, которым Даламар игриво щеголяет. Такхизис была с пятью головами, а среди посетителей таверны были кендеры…

Сцена из версии «Перезагрузки» Фото:Галина Глухоманюк для Izkulis.ru
Сцена из версии «Перезагрузки» Фото:Галина Глухоманюк для Izkulis.ru

Гастрольная версия Руслана и Сергея несла в себе уже иной замысел — она была метафорична, а мир, который они показали, похож на шахматы. В сущности, Гастрольная версия начинается с конца. Мы сразу же видим уже уничтоженный мир, где Король Жрец рассказывает нам историю о том, что случилось. Он становится летописцем умирающего мира, а сам этот мир мы видим зыбким, мерцающим, сквозь дымку и всполохи… Возможно, потому что это метафора и воспоминание. В этом мире все раскрашено в черно-белый, только Такхизис и Рейстлин выделяются цветами. Рейстлин прячет в себе красный, Такхизис — многоцветие. Но и они этими цветами не щеголяют, а лишь приоткрывают их.

Что объединяет Рейстлина и Такхизис? То, что они пережили уничтожение мира. Хотя по «Властелину Ничего» непонятно, как и в каком статусе осталась Такхизис и вы вольны трактовать это как хотите. Я трактую это через то, что Такхизис бессмертна, пока существуют вещи, богиней которых она является, а подобных эмоций и черт характера в Рейстлине более чем достаточно — она слишком сильно на него повлияла.

Лица балета закрыты от нас плотным гримом — ведь это лишь пешки шахматной партии. Даже мама, которая появлялась в некоторых версиях гастрольный версии (как бы странно это не звучало, но у гастрольной версии существовали разные варианты), только совсем чуть-чуть подсвечивается цветами, надевая бледно-фиолетовый плащ, настолько бледный, что почти серебристый. Но уже в этом плаще подчеркнута её особая природа. Она призрак, и возможно, существует исключительно в голове Рейстлина

Перезагрузка тоже начинается с уничтожения мира, но теперь Летописцем становится уже Рейстлин, рассказывающий нам свою историю. Видения Рейстлина уже не монохромны.

Тут интересно рассказать, что Руслан изначально поставил задачу Злате Цирценц, художнику по костюмам — создать мир больше постапокалипсиса, чем фентези. Знаете закон Кларка? Любая достаточно развитая технология неотличима от магии и наоборот. Так вот тут так же.

По сути, мир, который мы видим в книгах по Dragonlance — это тоже постапокалипсис. У них же там тоже случилась катастрофа, которая сильно изменила их жизнь. От них ушли их боги, уничтожился Истар, произошли прочие трагедии. По сути, у нас было свое переосмысление этого. Это мир ржавый, больной, опасный. Обыватели там пытаются строить жизнь из обломков некогда развитой цивилизации — и очень не ценят возмутителей спокойствия вроде семейства Маджере. Роскошь и комфорт существуют в Истаре — но за них приходится платить участием в тоталитарной секте. Но для Короля Жреца это единственный способ принести людям счастье (или «нанести»). Знания охраняют маги, но, по сути, маги Конклава не являют нам истинной магии. Возможно (но это уже исключительно моя интерпретация) — они лишь пользуются старыми технологиями. Балет во всех сценах тоже достаточно обезличен, но сквозь серебристо-золотистый грим проглядываются человеческие черты.

А вот ярким цветом в костюмах в мире приглушенных цветов (темно-синего в костюмах Тики и Карамона, светло-светло бежевого в костюмах Короля Жреца и Пар-Салиана) расцветают те, кто принадлежит иному миру. Особенно выделяются Такхизис и Мама. Их костюмы комплиментарны на самом деле. Они перекликаются друг с другом и одновременно противоречат, ивот почему: мама и Рейстлин должны были нести в себе фиолетовый — цвет истинной магии. К сожалению, в процессе переработки костюма Рейстлина это ушло.

А Такхизис из змеи стала огнем. Огнем ярким, созидающим и разрушающим, неудержимым. Много критики было по отношению к ее костюму, однако, смысл его как раз в том, чтобы быть неземным. Ее костюм — это ее тело, огненная неземная природа.

Даламар стал двуликим и лишенным всякого цвета. Он «трикстер», он сущность этого умирающего мира.

Еще из занятного – Крисания у нас в прозрачном, потому что она Жертва, хоть сама еще этого не знает. В отличие от Короля Жреца, который как в мундире, Злата одела Крисанию в полупрозрачное и струящееся, ведь Крисании не удается сохранить веру – она от нее также ускользает.

— Что, по Вашему мнению, является главным достижением «Перезагрузки» на данный момент? И чего ему не хватает для полного, совершенного облика?

Главное достижение — сложный вопрос. Для меня это — оркестр. Когда я услышала, как звучит ария Короля Жреца в исполнении оркестра, я заплакала. Не фигурально. Это было восхитительно. И идея Руслана со сломом четвертой стены во «Властелине Ничего» с оркестром для меня просто гениальна. Я вижу в этом Толкиновскую эвкатастрофу, о которой он писал в эссе «о волшебной сказке». Он так называл нечто противоположное катастрофе, неожиданное волшебное разрешение безнадёжной ситуации, от которого на глазах выступают слезы радости и облегчения.

Гибель мира, наш герой, который, конечно, не хороший человек, но которому мы сопереживали, в отчаянии, остаётся только пустота и отсутствие надежды… И внезапный разрыв ткани реальности, Такхизис, что обретает плоть на фоне такого земного, такого реального оркестра. И это даёт надежду. Это даёт силы. Да, для меня это настоящая эвкатастрофа.

Вполне вероятно, что Сергей или Руслан ответили бы что-то про вывод проекта на новый уровень, либо про расширение аудитории. И они будут правы.

Чего «Перезагрузке» не хватает? Помимо еще нескольких миллионов, что сделали бы его еще эффектнее, сразу сказать не могу, потому что всегда чего-то не хватает. Как у Гете. Если сказать: «остановись, мгновение, ты прекрасно», то все, конец. Лучше быть тем, кто «рвётся в бой, и любит брать преграды, и видит цель, манящую вдали…» Так что и нам здесь нет покоя.

— В январе 2019 самому проекту исполнилось 20 лет. Все ли удалось осуществить в этот вечер и ожидать ли чего-то подобного в обозримом будущем?

Нет, конечно, не все. Но работа была проделана колоссальная. И мы очень ей гордимся Пока мы не планировали ничего похожего на концерт «20 ПИ», но стараемся подготовить кое-что интересное для осенних спектаклей.

Сложно что-то прогнозировать. Сейчас это самое обозримое будущее сузилось невероятно. Все же мы в «интересные времена» живем. Пандемия, как никак, как в фантастических романах. Ждем вместе с вами конкретики от Роспотребнадзора. Однако, потом, как жизнь войдёт в привычное русло, не исключено множество интересного.

— Как раз-таки коснемся карантинного периода, который застал нас всех врасплох. Как это все отразилось на проекте и команде? Готовы ли театры в принципе сейчас к началу нового сезона? Каковы ожидания?

Театры бьют копытом. Вопрос в том, готовы ли зрители идти. Карантин стал большой психологической травмой для всего человечества, безусловно.

Хоть мы и позиционируем себя как Creative lab STAIRWAY, продюсерский центр, изобретающий невероятные выходы из любых ситуаций, но прежде всего мы — люди. Нам, как и всем, было тяжело. Мы тоже боялись неизвестности, переживали заточение с переменным успехом, иногда ссорились с домочадцами от высокого уровня стресса. И разумеется, в таких условиях, любое действие вызывало двойной или тройной уровень усталости, а все эмоции были обострены до предела.

Работа была способом забыться и отвлечься от всех переживаний, безусловно. Хоть во многом мы были связаны по рукам и ногам, но все же нам удалось подготовить какие-то зерна, которые грозят прорасти и стать интересными маленькими проектами, в том числе и в «Последнем Испытании».

Здесь мы ненадолго Вас оставим, но прощаемся, а предлагаем вам посмотреть что же скажут наши герои по поводу будущего самого масштабного проекта? Читайте далее…

Сцена из версии «Перезагрузки». Фото:Галина Глухоманюк для Izkulis.ru
Сцена из версии «Перезагрузки». Фото:Галина Глухоманюк для Izkulis.ru

Автор статьи: Екатерина Свергун

Специально для издания «Из темноты кулис…»

admin
a_star_off@mail.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *